Можно ли записывать разговор без согласия собеседника

Прямого запрета записывать разговор, в котором вы сами участвуете, в российском законе нет. Запрещено другое: без согласия человека собирать и распространять сведения о его частной жизни (статьи 23 и 24 Конституции, статья 152.2 Гражданского кодекса, статья 137 Уголовного кодекса) и получать доступ к чужим переговорам (статья 138 Уголовного кодекса).

Согласие в этих нормах — не формальность: именно оно снимает запрет там, где речь о частной жизни. Одного вопроса «спросил или не спросил» всё-таки мало: собственная деловая беседа и сбор сведений о чужой частной жизни — разные ситуации с разными нормами. Различают их три вещи: участвуете ли вы в разговоре, о чём он и что произойдёт с готовым файлом.

Дальше — что говорит каждая норма, чем уведомление в сервисе встреч отличается от согласия по закону и почему решение «включать» и решение «кому показать» принимаются по отдельности. Это объяснение норм, а не юридическая консультация: конкретный спор решает суд.

Что запрещает закон, а что нет

Тему держат четыре опоры, и ни одна не про кнопку записи.

Конституция гарантирует неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (статья 23) и отдельно запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни человека без его согласия (статья 24). Гражданский кодекс повторяет этот запрет нормой прямого действия: статья 152.2 не допускает без согласия гражданина сбор и использование любой информации о его частной жизни; исключения в ней узкие — публичные интересы и сведения, которые человек раскрыл сам. Уголовный кодекс добавляет две разные нормы: статья 137 — о незаконном собирании или распространении сведений, составляющих личную или семейную тайну, статья 138 — о нарушении тайны переписки, телефонных переговоров и сообщений.

Частная жизнь — сведения о человеке, которые он не выносит на общее обозрение, например здоровье, семья, деньги, отношения, привычки. Личная и семейная тайна — та их часть, которую он сознательно держит закрытой; для уголовной оценки Пленум Верховного Суда требует установить, понимал ли собиравший, что человек хранит эти сведения в тайне (юристы говорят: охватывалось ли это умыслом).

Тайна связи устроена иначе, чем кажется: статья 63 закона «О связи» возлагает обязанность обеспечивать её на операторов связи, а не на вашего собеседника.

Статью 152.1 Гражданского кодекса здесь тоже приводят, но она об охране изображения гражданина — фото и видео с людьми, а не звука и не частной жизни. Изображение в видео и записи экрана — отдельный вопрос, он здесь не разбирается. С лекцией рамка другая: это произведение, и её запись регулируют авторское право и правила вуза.

Если вы участник разговора

Участник разговора — тот, кто сам в нём говорит и слушает. Третье лицо получает доступ к чужим словам со стороны: через чужой телефон, программу на устройстве другого человека, оставленное в комнате устройство.

Верховный Суд в определении от 06.12.2016 N 35-КГ16-18 разбирал спор о возврате займа. Запись телефонного разговора сделал один из его участников, и касалась она обстоятельств договорных отношений сторон; суд указал, что запрет на фиксацию такой информации на этот случай не распространяется. Условий в самом акте три: записывал участник беседы; предмет связан с договорными отношениями сторон; сторона раскрыла суду, когда, кем и в каких условиях велись записи. Это позиция по конкретному делу, а не общее разрешение.

Рядом работает вторая рамка — «для себя». Закон о персональных данных не распространяется на обработку, которую человек ведёт исключительно для личных и семейных нужд, и только пока этим не нарушаются права других людей (пункт 1 части 2 статьи 1). Это исключение из закона держится на двух условиях — цели записи и правах других, а не на том, где лежит файл. Рамка не отменяет ни запрет статьи 152.2 Гражданского кодекса, ни статью 137 Уголовного.

Условный пример: созвон с подрядчиком о переносе сроков. Вы участник, предмет — исполнение договора. Если в той же беседе прозвучит личное — болезнь близкого, семейные обстоятельства, — это уже сведения о частной жизни, и общий запрет к ним применяется как везде. Если запись понадобится не для личных нужд, а для работы, правила другие — они в разделе про работу. А если файл уйдёт дальше — это отдельная история, она ниже.

Если разговор чужой: подслушивание и спецсредства

Чужой разговор — другая правовая история и другая статья. Разграничение такое: влезли в чужую переписку или телефонный разговор — статья 138; подслушали и записали чужую беседу — статья 137.

Одного факта фиксации для статьи 137 мало: нужны два условия — сведения составляют личную или семейную тайну, и собиравший это осознавал; оба Пленум Верховного Суда называет прямо. Собиранием считается получение сведений любым способом, включая фиксацию аудиосредствами.

Пример с противоположного полюса — постановление Конституционного Суда от 18.01.2024 N 2-П. Отец поставил на смартфон семилетнего сына средство родительского контроля и записывал происходившее по месту жительства ребёнка; 49 аудиофрагментов попали в суд. Дело шло по части первой статьи 137. Конституционный Суд указал: норма не предполагает ответственности родителя, если средство и собранные сведения используются исключительно для безопасности ребёнка; распространение собранного оценивается отдельно. Граница тут не идеально чистая: разговор по громкой связи и звук через приложение формально идут по каналу связи, но в этом деле суды применили статью 137.

Условный пример: сосед записывает то, что слышно через стену. Он не участник беседы, и его случай разбирается по статье о частной жизни, а не по норме о тайне связи.

Миф о спецсредствах снимается текстом нормы. Примечание к статье 138.1 Уголовного кодекса выводит из числа специальных технических средств бытовые приборы с функцией аудиозаписи: в свободном обороте, с открыто расположенными органами управления, элементами индикации или маркировкой, если им не придали скрытые свойства доработкой. Пункт 8 постановления Пленума от 25.12.2018 N 46 называет смартфоны, диктофоны и видеорегистраторы: специальными они становятся только после преднамеренной доработки.

Что будет за скрытую запись

В нормах, о которых идёт речь, термина «скрытая запись» нет, отдельного наказания за молчание о записи — тоже. Риски разные и наступают за разное.

Первый риск гражданский: если сведения о частной жизни получены с нарушением закона, человек вправе через суд требовать удаления информации, а также пресечения и запрета дальнейшего распространения — вплоть до изъятия и уничтожения носителей (пункт 4 статьи 152.2 Гражданского кодекса).

Второй — статья 137 Уголовного кодекса: собирание и распространение названы в ней самостоятельными альтернативами, отвечать можно за каждое по отдельности, а условия, при которых она применяется, описаны выше.

Третий — статья 138: доступ к чужим переговорам. Верховный Суд разъяснил, что ответственность наступает независимо от того, была ли в переписке или разговоре личная либо семейная тайна. Часть вторая описывает отягчённые случаи: служебное положение, корыстная заинтересованность, группа лиц.

Четвёртый — статья 138.1 об обороте специальных технических средств; почему обычный телефон к ним не относится, разобрано в предыдущем разделе.

Отдельно стоит административная ответственность: статья 13.11 КоАП наказывает за обработку персональных данных без нужного основания, и санкции для граждан в ней есть (действующая редакция, проверено 12.09.2026). Но к записи для личных и семейных нужд закон о персональных данных не применяется — это исключение разобрано выше, — а запись, которую публикуют, передают в компанию или используют в работе, под него уже не подпадает. Граница проходит по цели обработки, а не по тому, гражданин вы или организация: оператором может быть и физическое лицо (пункт 2 статьи 3 того же закона).

Итог для участника собственного разговора: его касаются гражданский риск и статья 137 — когда в записи есть сведения о частной жизни — и административный, если запись ведут не для личных нужд. Статьи 138 и 138.1 — о чужих переговорах и спецсредствах.

Телефон, личная встреча, онлайн-созвон: есть ли разница

Правовая рамка во всех трёх случаях одна. Различается фактура: сколько людей слышат разговор и сколько постороннего попадает в файл.

Телефонный звонок

Довод «это же тайна связи» звучит чаще других. Конституция защищает тайну телефонных переговоров и допускает её ограничение только по судебному решению, а закон «О связи» возлагает обязанность обеспечивать тайну связи на операторов связи. Обе нормы адресованы тем, кто получает доступ к чужим переговорам извне, а не участнику беседы. Прослушивание чужих переговоров как оперативно-розыскное мероприятие — режим государственных органов, тоже по судебному решению (статья 8 закона об оперативно-розыскной деятельности). Как записать звонок на айфоне в России, где встроенной кнопки нет, — отдельный разбор.

Личная встреча

За столом в микрофон попадает лишний контекст: голоса посторонних, чужие имена, сведения о жизни людей, которые в беседе не участвовали. Эта часть оценивается отдельно от разговора с вашим собеседником.

Онлайн-встреча и запись экрана

В созвоне участников больше, а запись экрана захватывает и то, что на экране открыто: чужие письма, карточки клиентов, имена в списке. Юридически вы по-прежнему участник беседы, но объём чужого в файле растёт. Как технически включается запись и что видят участники, разобрано отдельно: запись встречи в Телемосте и запись созвона через браузер. А что именно площадка сообщает участникам — в разделе про предупреждение ниже.

Запись на работе: начальник, сотрудник, клиент

В Трудовом кодексе и законе о персональных данных отдельной нормы о записи рабочих разговоров нет: работают общие правила плюс обязанности работодателя и компании как оператора персональных данных.

Сотрудник остаётся в общей рамке. Условный пример: совещание с руководителем, которое сотрудник записывает, чтобы не упустить договорённости. Он участник беседы, предмет деловой, но в таком разговоре легко звучат сведения о частной жизни коллег — здоровье, семейные дела, — и запрет статьи 152.2 действует к ним так же, как везде. Относится ли запись рабочей встречи, которую человек хранит у себя для памяти, к личным нуждам, закон о персональных данных не уточняет.

Работодатель обрабатывает данные работника по своим правилам: статья 86 Трудового кодекса требует получать все персональные данные работника у него самого, а с документами о порядке обработки данных работников знакомят под роспись.

Компания на линии — оператор персональных данных: тот, кто организует обработку и определяет её цели. Персональные данные — любая информация, относящаяся к человеку, которого можно определить прямо или косвенно. Голос и текст расшифровки подпадают под это определение, если по ним можно определить человека.

Биометрическими данными голос становится только тогда, когда оператор использует его для установления личности. Хранение, доступ и сроки — отдельная тема, она разобрана в материале про безопасность данных и 152-ФЗ.

Если запись рабочей встречи нужна для самой работы — для протокола, для коллег, для архива созвонов с клиентами, — исключение «для себя» к ней не подходит. Когда по голосу или расшифровке можно определить людей, у такой записи есть оператор, и ему нужно основание обработки. Оператор — тот, кто определяет цели записи: компания, которая её организует, или сам человек, например самозанятый со своими клиентами. Кто он в вашей ситуации, норма заранее не говорит.

Согласие — лишь одно из оснований обработки: в статье 6 закона о персональных данных рядом стоят исполнение договора и законные интересы оператора, причём последнее — с оговоркой, что не нарушаются права и свободы человека. Какое основание годится для конкретной записи, решает оператор, а в споре — суд; если выбрано согласие, оно оформляется по правилам из следующего раздела.

Нужно ли предупреждать о записи

Общей обязанности предупреждать собеседника о том, что идёт запись, закон не устанавливает. Прямо её прописали для отдельных участников разговора, а у оператора персональных данных вопрос о предупреждении зависит от того, на какое основание обработки он опирается.

Самый ясный пример прямой обязанности — взыскание долга: коллекторская организация обязана вести аудиозапись всех случаев непосредственного взаимодействия с должником и предупреждать о такой записи в начале взаимодействия (пункт 3 статьи 17 закона N 230-ФЗ, редакция от 11.02.2026, проверено 12.09.2026). То же правило распространили на банк или микрофинансовую организацию, если они взыскивают долг сами.

У оператора причина другая: ему нужно основание обработки, и если это согласие, оно с 1 сентября 2025 года оформляется отдельно от иных информации и документов, которые человек подписывает (часть 1 статьи 9 в редакции Федерального закона от 24.06.2025 N 156-ФЗ). Условный пример: звонок в поддержку, где в начале говорят «разговор может быть записан». Эта фраза информирует, а не спрашивает.

Если компания регулярно записывает встречи — серии созвонов, собеседования, консультации — и опирается именно на согласие, у нас есть готовый шаблон по 152-ФЗ: его можно скопировать и адаптировать под свою организацию.

Частного человека, который записывает для личных нужд, эти правила не касаются: требования к оформлению согласия адресованы операторам, а предупреждение для него обязанностью не становится.

Что делают площадки созвонов и кабинет

Сервисы встреч сообщают о записи сами, и это легко принять за решение правового вопроса.

В Яндекс Телемосте, по справке «Записать звонок», при записи на компьютер — и в браузере, и в программе Телемоста — уведомление о начале записи получают все участники. О том, что у участников спрашивают подтверждение, справка не говорит (проверено 23.09.2026).

Zoom, по своей справке, всегда уведомляет участников о том, что встреча записывается: в приложении человек видит запрос, где «ОК» означает согласие, а второй вариант — выйти со встречи. У подключившихся по телефону администратор может потребовать нажать «1» в знак согласия, но если участник не нажмёт, встреча, по справке, всё равно продолжит записываться. Увидит ли участник предупреждение, зависит от тарифа и настроек: на крупных аккаунтах администратор может отключить его для своих сотрудников, для гостей оно обязательно (проверено 12.09.2026).

В Google Meet обязательное согласие участников — отдельная настройка администратора, по умолчанию выключенная; включённая, она охватывает сразу три вещи: запись, расшифровку и автоматические заметки (проверено 23.09.2026).

Веб-кабинет Сонара перед стартом записи созвона показывает такое напоминание последним пунктом чек-листа. Это подсказка интерфейса, а не правовой ответ: сообщений участникам кабинет не отправляет, а когда предупреждение становится обязанностью, разобрано в начале раздела.

Уведомление — таким его описывает справка Телемоста — сообщает о записи и ни о чём не спрашивает. Запрос, как в приложении Zoom или в Meet с включённой настройкой, спрашивает — но о записи в этом сервисе, и сам по себе не решает вопрос об основании обработки и о нормах Гражданского и Уголовного кодексов. Согласие закон допускает в любой форме, позволяющей подтвердить его получение, если федеральный закон не требует письменной, — дело не в кнопке или подписи, а в том, кто, у кого и на что его получил.

Что можно делать с готовым файлом

Законность самой записи ничего не говорит о законности её передачи. Распространение сведений о частной жизни — сообщение их хотя бы одному постороннему человеку любым способом: пересказ, пересылка файла, публикация в чате или соцсети; Пленум Верховного Суда относит сюда и размещение в интернете. Поэтому решение «включать» и решение «кому показать» принимаются по отдельности, и второе строже. Что происходит с файлом дальше — хранение, доступ, сроки — тема соседнего разбора про безопасность данных.

Кому нельзя показывать запись и почему

Списка тех, кому запись показывать нельзя, в этих нормах нет: оценивается прежде всего, что именно уходит. Деловое содержание разговора само по себе личной или семейной тайной не становится, а здоровье, семейные обстоятельства, отношения — сведения о частной жизни.

Вернёмся к созвону с подрядчиком. Допустим, файл переслали в общий рабочий чат — это второе, самостоятельное действие. Вместе со сроками и суммами договора в чат уходит всё, что прозвучало, и если среди этого было личное, это уже распространение сведений о частной жизни. Если они получены с нарушением закона, статья 152.2 Гражданского кодекса позволяет человеку требовать удаления информации и запрета её распространения, а статья 137 Уголовного называет распространение сведений, составляющих личную или семейную тайну, самостоятельным нарушением.

Примет ли суд запись, сделанную без согласия

Может принять: аудиозаписи прямо названы доказательством в статье 55 ГПК. Там же сказано, что доказательства, полученные с нарушением закона, юридической силы не имеют, — поэтому вопрос в том, законно ли получена запись, и его решает суд. Тот, кто представляет файл, обязан указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (статья 77 ГПК) — именно это требование Верховный Суд проверял в деле о займе. В арбитражном процессе такие материалы отнесены к иным документам и материалам (часть 2 статьи 89 АПК). Как оформить текст записи, разобрано в статье про стенограмму для суда.

Частые вопросы